Алексей Бородавкин: ОДКБ должна стать одной из несущих опор евразийской безопасности

Алексей Бородавкин: ОДКБ должна стать одной из несущих опор евразийской безопасности
27.06.2024

Интервью Чрезвычайного и Полномочного Посла Российской Федерации в Республике Казахстан Алексея Бородавкина общественно-политическому изданию «Союзники. ОДКБ»


Недавно в Алматы завершились заседания уставных органов ОДКБ. Как Вы оцениваете результаты прошедших встреч?

В ходе весьма полезных и по-союзнически откровенных консультаций в Алма-Ате главы оборонных ведомств, парламентов, секретари совбезов и министры иностранных дел стран ОДКБ подробно обсудили комплекс вопросов международной и региональной безопасности, проанализировали вызовы и угрозы в зоне ответственности Организации, подготовили задел к заседанию Совета коллективной безопасности в ноябре этого года.

Было выражено общее понимание продолжающейся деградации военно-политической обстановки вблизи границ ОДКБ, которая требует конкретных и консолидированных действий со стороны государств-членов Организации. Особо была подчеркнута необходимость выстраивания архитектуры евразийской безопасности, одной из несущих опор которой должна стать ОДКБ. На заседании Совета министров иностранных дел, которое прошло 20-21 июня, была достигнута договоренность о проработке этой темы на уровне аналитических ведомств стран-участниц.

На решениях заседания СМИД ОДКБ хотелось бы остановиться подробнее. По итогам переговоров в Алма-Ате, министры иностранных дел стран-членов Организации одобрили важный с точки зрения обеспечения безопасности Центральноазиатского региона проект укрепления таджикско-афганской границы, который будет вынесен на рассмотрение глав государств. Были достигнуты договоренности об активизации миротворческой деятельности Организации, а также работы по обеспечению биологической безопасности на пространстве ОДКБ.

Кроме того, было принято несколько совместных заявлений, отражающих общий подход государств-членов Организации к острым вопросам международной повестки дня. В частности, была выражена обеспокоенность сохранением очагов нестабильности на Ближнем Востоке и в Северной Африке, подтверждена приверженность совместным усилиям по обеспечению информационной безопасности на пространстве ОДКБ, а также констатирована общая позиция по недопустимости милитаризации космоса и задействования гражданских космических систем в незаявленных целях.


Как бы Вы кратко охарактеризовали текущий этап отношений между Россией и Казахстаном? В какой мере задействован потенциал сотрудничества между странами?

В ряду партнеров России Казахстан занимает особо привилегированное место. Как подчеркнул в своем выступлении в ходе визита в Астану 9 ноября прошлого года Президент В.В.Путин, Казахстан является «ближайшим союзником» России. Недавно «на полях» ПМЭФ-2024 Президент России подтвердил, что между нашими странами нет «ни одного вопроса, который был бы спорным и хоть как-то осложнял наши отношения».

Российская Федерация и Республика Казахстан выстраивают двусторонние связи на основе принципов равноправия, взаимного уважения суверенитета, территориальной целостности и национальных интересов друг друга, а также невмешательства во внутренние дела. Повестка наших двусторонних отношений поистине всеобъемлющая: безопасность, торговля, инвестиции, энергетика, логистика, мирный атом, освоение космического пространства, культурно-гуманитарные связи.

Убеждены, что потенциал двустороннего сотрудничества далеко не исчерпан. Перед нашими государствами стоят масштабные задачи по совершенствованию и наращиванию союзнических отношений и интеграционных связей. Эти задачи в ноябре 2023 года были зафиксированы в Совместном заявлении Президента Российской Федерации и Президента Республики Казахстан к десятилетию подписания Договора о добрососедстве и союзничестве в XXI веке, а также в Плане совместных действий на 2024-2026 годы.


Какое место в российско-казахстанском диалоге занимают вопросы безопасности, в том числе взаимодействие по линии ОДКБ?

Сотрудничество России и Казахстана в рамках ОДКБ продвигается весьма успешно. Астана, стоявшая у истоков создания Организации, энергично и инициативно развивает различные направления ее деятельности. Мы, со своей стороны, активно поддерживаем приоритеты казахстанского председательства в ОДКБ в текущем году, среди которых развитие сотрудничества с заинтересованными странами и организациями в области безопасности, включая ШОС, СНГ и ООН, повышение готовности Организации к оперативному развертыванию Коллективных сил и проведению миротворческих операций, совершенствование антитеррористической составляющей системы коллективной безопасности и потенциала по противодействию незаконному обороту наркотиков и оружия, а также укрепление информационной безопасности государств-членов. Считаем, что дальнейшее углубление союзнического взаимодействия в рамках ОДКБ отвечает коренным интересам народов наших стран.

Следует подчеркнуть, что сотрудничество в области безопасности развивается не только по линии ОДКБ, но и в двустороннем формате. Между военными России и Казахстана осуществляются регулярные контакты. Россия оказывает казахстанской стороне помощь в подготовке военных кадров. Тесные партнерские связи поддерживаются по линии спецслужб.


Как развиваются отношения Москвы и Астаны в других многосторонних форматах?

Для Российской Федерации развитие союзничества и интеграции на пространстве ОДКБ и ЕАЭС является абсолютным приоритетом. Развиваем взаимодействие с казахстанскими партнерами и на других международных площадках, включая ШОС, СНГ, СВМДА.

Экономическая интеграция в рамках ЕАЭС, на наш взгляд, является одним из драйверов экономического роста России и Казахстана. 

В настоящее время в рамках Союза ведется работа по завершению формирования общего рынка товаров, услуг, капитала и рабочей силы, повышению эффективности регулирования общего рынка ЕАЭС, формированию цифрового пространства Союза и другим направлениям.

С нашими казахстанскими партнерами сходимся во мнении, что одной из несущих опор многополярного мироустройства остается ШОС. Всемерно поддерживаем инициативы Республики Казахстан в рамках ее председательства в Организации в этом году, включая обновление Программы сотрудничества в противодействии терроризму, сепаратизму и экстремизму на 2025-2027 гг. и принятие Антинаркотической стратегии ШОС на 2024-2029 гг., а также углубление кооперации в сферах энергетики, транспорта, логистики, охраны окружающей среды, международной информационной безопасности, спорта, здравоохранения.

Россия энергично поддерживает инициированный Казахстаном процесс трансформации СВМДА в полноценную международную организацию.


Говоря о вопросах безопасности в Центральной Азии, невозможно обойти вниманием тему Афганистана. Как известно, Казахстан исключил движение «Талибан» из списка запрещенных организаций, а Россия, вероятно, сделает это в обозримом будущем. Каковы причины и каковы ожидания Москвы от этого шага?

Инициатива об исключении движения «Талибан» из списка запрещенных в России террористических организаций связана с тем, что на протяжении уже почти трех лет талибы обладают реальной властью в Афганистане. Это объективная реальность. В меру имеющихся возможностей они ведут борьбу с террористическими группировками, довольно успешно противодействуют наркопреступности. Поэтому, в целом, мы выступаем за налаживание более устойчивого, постоянного и предметного диалога с правительством талибов.


Алексей Николаевич, Вы чрезвычайно опытный дипломат, представляли Россию в таких международных структурах как ООН и ОБСЕ. Сегодня многие из ранее действовавших международных договоренностей в области безопасности, фактически, не работают, что очевидным образом создает риски глобального масштаба. Какие шаги необходимы для предотвращения дальнейшего ухудшения обстановки в мире?

Действительно, сегодня мы наблюдаем эрозию международных институтов глобального управления в области безопасности. Попытки коллективного Запада навязать другим государства свою систему Евроатлантической безопасности, основанную на одностороннем диктате США и их союзников, потерпели крах. По мере роста экономического благосостояния стран глобального Юга и формирования полицентричного мироустройства растет запрос на создание более инклюзивной и демократичной архитектуры безопасности в глобальном масштабе. Этот запрос находит отражение в глобальных и региональных инициативах таких мировых держав, как Россия, Китай и Индия.

Тем не менее, наши американские и европейские оппоненты оказались не готовы признать новую объективную реальность. Их попытки любой ценой сохранить собственное превосходство, навязать свою волю другим игрокам, в том числе путем применения методов экономического диктата и односторонних силовых мер, привели к обострению конфронтации и росту напряженности по всему миру, а также возникновению новых очагов нестабильности. Стремление укрепить и расширить изжившие себя эксклюзивные институты Евроатлантической безопасности, сохранить неоколониальную модель взаимоотношений с развивающимися государствами и продвинуть конфронтационную, блоковую логику международного взаимодействия не только вызывают обоснованное противодействие стран Мирового большинства, но и подрывают основы глобальной системы сдержек, противовесов и многостороннего сотрудничества. Основу этой системы составляет Устав ООН и другие общепризнанные нормы и принципы международного права. Попытки подменить эти ключевые юридические инструменты так называемым «порядком, основанным на правилах» ведут к хаотизации международных отношений.

На наш взгляд, для предотвращения дальнейшей деградации ситуации в мире необходимо совершенствование и прогрессивное развитие правового инструментария и механизмов обеспечения международной безопасности. Наиболее перспективным с этой точки зрения выглядит Евразийский континент. С призывом о начале широкой дискуссии о новом контуре безопасности в Евразии выступил Президент России В.В.Путин на встрече с руководством Министерства иностранных дел нашей страны 14 июня этого года. В своем выступлении Президент обозначил принципы, на которых должна быть основана новая архитектура международной безопасности на континенте.

Во-первых, это неделимость безопасности. Этот принцип означает, что обеспечение безопасности не является игрой с нулевой суммой: действуя в ущерб безопасности другого государства, ты действуешь в ущерб самому себе. Словом, ни одно государство не должно предпринимать попытки обеспечить собственную безопасность в ущерб другим. Во-вторых, новый контур безопасности должен быть открыт для всех государств и международных организаций, стремящихся к развитию сотрудничества на континенте. Это касается в том числе европейских стран. В-третьих, ни одна международная структура не должна быть наделена эксклюзивными полномочиями по обеспечению безопасности на всем континенте.

На наш взгляд, необходимо активизировать диалоговый процесс и развивать горизонтальные, «сетевые» связи между уже работающими на Евразийском пространстве и имеющими соответствующий опыт организациями и площадками, такими как ОДКБ, ЕАЭС, СНГ, ШОС, СВМДА, для выработки совместных, приемлемых для всех алгоритмов сотрудничества. В перспективе видим смысл в подключении к этим процессам и других влиятельных евразийских объединений, например Совета сотрудничества государств Персидского залива и АСЕАН. Последняя, кстати, обладает большим опытом выстраивания сетевых институтов безопасности, основанных на принципах равенства и взаимного уважения.

Предлагаемая нами гибкая архитектура безопасности, по словам министра иностранных дел России С.В.Лаврова, станет «политическим добавлением к материальной составляющей Большого Евразийского партнерства в транспортной, экономической, финансовой сферах». Отдельные инициативы по формированию ее основ уже предпринимаются. По итогам СМИД ОДКБ в Алма-Ате, о котором многое уже было сказано выше, была достигнута договоренность о наращивании взаимодействия с ШОС и СНГ.

На заседании СМИД ШОС в мае этого года была констатирована необходимость активизации сотрудничества Организации с ОДКБ, СНГ, ЕАЭС, АСЕАН.

Видим трудности, стоящие у нас на пути, в том числе повсеместное противодействие нашим инициативам со стороны коллективного Запада. Тем не менее, на наш взгляд, заявленная цель вполне достижима, поскольку она отвечает объективным потребностям стран Евразийского континента.


Возврат к списку