сентябрь 2019
Адрес:
121059, Российская Федерация, г.Москва, ул. Киевская, дом 7
Телефоны:
+7(495) 542-73-78
+7(495) 795-27-10
+7(925) 517-65-84

Сладкий запах горькой полыни

10.09.2019


На прошедшей в Минске антитеррористической конференции наряду с традиционно серьезными, аналитическими выступлениями было одно необычное. Аида Сарина из Казахстана, которая в свое время стала жертвой игиловской пропаганды эмоционально рассказала с трибуны конгрес-хола, каково это – оказаться с семьей в Сирии в рядах бандформирований, воочию убедиться в изуверской сущности этих нелюдей и чудом, а точнее, с помощью казахстанских чекистов, вернуться на Родину.

Откровенно говоря, для российской и белорусской аудитории это выступление Аиды Сариной оказалось немного шокирующим. Потому что при всей информированности о том, что происходит в Сирии, нечасто доводится нам вживую видеть и слышать человека, побывавшего, по сути, в лапах смерти – как духовной, так и физической – и сумевшего вырваться из этих лап. А вот, что касается наших коллег и собратьев по Организации Договора о коллективной безопасности из Казахстана, Таджикистана, Киргизии, то для них подобного рода истории давно не редкость, а часть большой проблемы, а также немалой повседневной работы по возвращению земляков из сирийского ада.

… Истории о том, как жители среднеазиатских республик попадают в воюющую Сирию, в общем-то, шаблонны. Одному приятель посоветовал посмотреть «интересный правильный сайт» в интернете, другому подсунули брошюрку и т.д. В результате наживка заглатывается, и в дело вступают вербовщики, которые доводят дело до логического конца – отправке свежего «джихадиста» на войну.


Достаточно шаблонным видится и финал всех историй, когда столкновение обещанного и реального не порождает ничего, кроме разочарований и крушений надежд, идеалов, фантазий. Да и как может быть иначе, если вместо «праведной жизни» ждут кровь и грязь бандитского лагеря, вместо «священной войны с неверными» - убийства таких же, как и сам мусульман.

Да взять историю той же Аиды Сарины… Летом 2015 года вместе с мужем отправилась отдыхать в Турцию. Но вместо курорта они оказались в Сирии. Как выяснилось, мужу уже хорошенько промыли мозги, и тот искренне верил, что их ждет «чудесная жизнь в «Исламском государстве», где мусульмане всего мира собираются и живут в гармонии». Однако, когда они приехали туда, то увидели совсем другую картину.

- Там мы поняли, что война бесполезна. Мы захотели вернуться домой, но это было очень нелегко. Мой муж погиб, он не успел вернуться. И после этого моя жизнь превратилась в борьбу за выживание, - рассказала Аида, - Выбраться оттуда было нереально. Всех, кто хотел бежать, спустя какое-то время ловили, а потом пытали. Каким-то чудом мне удалось перебраться в лагерь беженцев «Альхоль», откуда меня забрали люди из Казахстана…

Или вот еще одна схожая судьба…

В 2015 году 40-летний Руслан Ермагамбетов из казахстанского Актобе поехал якобы «на шабашку» и пропал. Через три года связался с родней по WhatsApp, сказал, что теперь его религиозное имя Абдуллах, что все это время «вынужден» был воевать в Сирии, и теперь хочет вернуться в Казахстан вместе с группой актюбинцев. «Он объяснил, что разочаровался в джихаде», - сказала журналистам Нурагуль - сестра Руслана.

- Если раньше боевикам по приезде давали машину, дом и платили по 600-800 долларов в месяц, то теперь финансирование закончилось, - рассказала Нурагуль, - У брата даже нет денег на дорогу назад.

Вскоре выяснилось, что Руслан хотел убежать из Сирии в Казахстан вместе с тремя земляками-актюбинцами. Когда их на границе задержали свои же боевики – «земляки» в один голос заявили, что это Руслан подбил их на побег. В итоге их отпустили, а его бросили в зиндан. Что с ним теперь – никто не знает.

- Я хочу предупредить казахстанцев, что священного джихада в Сирии нет, халифата там нет, - обратилась через прессу Нурагуль к казахстанцам. - В Сирии накаленная обстановка, нет финансирования… Мой брат верил, что поехал на священную войну, а в итоге его предали свои же единоверцы…


Стоит заметить, что и руководство, и общественность среднеазиатских республик довольно близко к сердцу восприняла трагедию своих женщин и детей, оказавшихся в сирийских лагерях беженцев. Так, в Киргизии была даже создана межведомственная комиссия, призванная проработать механизмы возвращения кыргызстанцев на родину. А кроме того, сформировалась некая инициативная группа, один из организаторов которой - Кубанычбек Токтосунов - заявил, что «местные бизнесмены и просто неравнодушные граждане из разных регионов республики готовы взять на себя расходы по возвращению людей».

- По разным оценкам сегодня в Сирии находятся более тысячи граждан Киргизии, - сказал Токтосунов, - К сожалению, помимо мужчин, там немало женщин, которые поехали туда за своими мужьями. Наши госорганы предпринимают меры по возвращению, но они, увы, не всесильны… Собралась инициативная группа, в которую вошли выходцы из разных регионов. Мы готовы оплатить борт, который заберет кыргызстанцев.

Или взять Таджикистан… В мае нынешнего года в МИД республики обратились 34 женщины-таджички, находящиеся на тот момент в палаточных лагерях беженцев ООН в Сирии. Они сообщили, что имеют по несколько детей, и вместе с ними они все хотят вернуться на родину. Среди них, например, была 26-летняя Шаходат. Более полутора лет с двумя малолетними детьми жила она в лагере для беженцев Аль-Хол. Год назад Шаходат попала в плен к курдам во время освобождения деревушки от исламистов. После трех месяцев ареста ее отправили в специальный лагерь для жен и детей боевиков этой террористической организации. Шаходат рассказала, что ее муж-таджик был убит в 2016 году, после чего ее выдали замуж за тунисца. Новый муж попал в плен и сейчас находится за решеткой.

- Мои родные обратились за помощью к властям. Они обещали вызволить нас, - рассказала она. И работа по вызволению таджикских женщин и детей властями республики началась, по сути, без промедлений.


Важно и другое: и общественность, и руководство среднеазиатских республик понимают, что мало вытащить людей из Сирии на родину. Крайне необходимо по возвращению организовать на должном уровне их реабилитацию, найти средства для оплаты питания и проживания, работы врачей и психологов. Предусматривается, что в такого рода реабилитационных центрах женщинам дадут возможность освоить какие-либо профессии.

Особенно активно такого рода мероприятия проводятся в Казахстане. Например, именно в этой республике была проведена действительно масштабная гуманитарная операция «Жусан», что в переводе на русский язык означает «полынь». Для казаха – это запах родины. Кстати, и не только казаха. Известно, что многие космонавты по традиции берут с собой на орбиту веточки этой травы. И нет в космосе слаще запаха, чем этот горький аромат.

… Но это так, к слову. А что касается операции «Жусан», то в результате, на территорию республики были возвращены почти 600 казахстанских граждан, большинство из которых женщины и дети. Как заявил президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев, «уже сейчас можно говорить о положительном эффекте проведенной работы, поскольку женщины и дети, которые вернулись на родину, поменяли свое мнение, взрослые устроились на работу, дети пошли в школы и сады».

- Несмотря на личные ошибки всех, уехавших в Сирию, наша страна принимает обратно «блудных детей». И «Жусан» - это показательный пример великодушия, который олицетворяет принципы прощения и милосердия, - сказал глава республики Токаев.


Труднее всего, конечно, приходится с детьми, побывавшими в террористических бандитских лагерях. Это общепризнанный факт. Например, еще в 2013 году Психологический факультет Университета Бахчешехир в Турции впервые в мире инициировал проведение исследования, посвященного положению детей в лагерях для беженцев. В частности, ученые работали в лагере в Ислахие, что в провинции Газиантеп. Так вот, группа исследователей под руководством доктора Серапа Озер пришла к выводу, что «воздействие гражданской войны на детей проявляется гораздо сильнее, чем предполагалось ранее», и что «влияние травм, пережитых детьми, будет ощущаться на протяжении всей их жизни».

Если конкретно, то в докладе, подготовленном по результатам индивидуальных бесед исследователей с 300 детьми в лагере, была представлена информация о событиях, пережив которые, дети приобрели травмы. Согласно полученным данным, из четырех детей каждый третий потерял кого-либо из близких родственников на войне, из трех детей каждый первый стал жертвой жестокого обращения, и каждый второй подвергся насилию.

Так что, вполне понятно беспокойство руководства среднеазиатских республик – что станет с этими детьми после возвращения на родину, удастся ли вернуть их к нормальной жизни? Это тем более важно, если учесть, что многие из них не знают «родного» - казахского, таджикского или киргизского языка (я уж не говорю о русском), да и вообще слабо представляют себе землю отца или матери, землю предков.

Но по мнению казахстанских экспертов, «возвращение такого количества детей – большая победа ответственных государственных органов, в частности, Министерства иностранных дел». Теперь дети проходят реабилитацию и обучение в специальных Центрах поддержки. Таких Центров – 13, и открыты они в Карагандинской, Жамбылской, Актюбинской областях и городах Кокшетау, Атырау, Жезказган и Каскелен. Состоят, как правило, из двух структур. С одной стороны, это детская гостиница, где семьи могут проживать и получать социально-медицинские и социально-бытовые услуги, а с другой стороны – это юридический офис. Женщины и дети находятся в реабилитационном центре год или полгода, в зависимости от необходимой поддержки и реабилитации. Кстати, первый ребенок был возвращен в Казахстан еще три года назад. Сейчас он учится в седьмом классе, и все вопросы, связанные с его реабилитацией, уже решены. Центры также рассматривают вопросы по трудоустройству и прохождению профессиональных курсов для женщин.


Но вместе с тем, все прекрасно понимают, что в реабилитационной работе с детьми, пожалуй, самое главное – раскаяние родителей, которые признают, что заблуждались в своих взглядах. А с этим не всегда получается гладко. Да и вообще, следует отметить, что в самих среднеазиатских республиках отношение к возвращающимся из Сирии землякам далеко не однозначное. Кто-то, как например, отставной генерал-майор киргизской Службы национальной безопасности Артур Медетбеков, полагает, что «люди, выехавшие за пределы страны, были обмануты». На прошедшем весной по инициативе Института по освещению войны и мира (IWPR), «круглом столе» «Возвращение кыргызстанцев из Сирии и Ирака: преграды и возможности», он прямо заявил, что, мол, «неизвестно, какие будут последствия, если не вернуть их, если мы лишим их гражданства и оставим в лагерях. Это еще более усугубит ситуацию, озлобив людей, которые там останутся».

А вот кандидат политических наук, эксперт Икбол Мисраитов, напротив, считает, что «риски в таких возвращениях слишком велики».

- Я задаюсь вопросом, почему мы должны их возвращать, - обратился политолог к аудитории, - Как их реабилитировать? Не будет ли спасение государством своих, воевавших в рядах террористов, граждан означать вседозволенность действий?


Для справки: по официальной информации, в Сирию из Киргизии уехали более 1000 человек. Подтверждена смерть около 200 из них. А 50 человек вернулись обратно на родину.

То же самое - Таджикистан… Скажем, в 2017 году на пресс-конференции в Душанбе первый замдиректора Центра стратегических исследований (ЦСИ) при президенте республики Сайфулло Сафаров обнародовали данные о том, что «только за предыдущие два года к «Исламскому государству» примкнул 1141 житель Таджикистана. За это же время около 300 боевиков-таджиков были убиты в боях в Сирии и Ираке, а 70 добровольно вернулись на родину и сдались властям». Ко многим из них применили примечание к статье 401 УК Таджикистана, согласно которому «лицо, добровольно отказавшееся от незаконного участия в вооруженном конфликте на территории других государств, освобождается от уголовной ответственности». Однако по словам того же Сайфулло Сафарова, «власти Таджикистана всерьез озабочены возможным возвращением с оружием в руках граждан страны, воевавших на стороне ИГ. Тем более, что … в последние месяцы сотни «джихадистов» уже перебрались в северные районы Афганистана, граничащие с Таджикистаном, Узбекистаном и Туркменистаном».

И это, напомню, данные от 2017 года. Стоит ли говорить, что сегодня, по данным спецслужб среднеазиатских республик, пресловутые «северные провинции» Афганистана давно стали, своего рода, лежбищем переползающих из Сирии террористических недобитков.

Так что, далеко не всегда в страны исхода возвращаются те, кого называют обманутыми. Вот факт: 5 мая нынешнего 2019 года сотрудниками Государственного комитета национальной безопасности Киргизии при попытке незаконного проникновения на территорию республики были задержаны граждане, имена которых в интересах следствия не разглашаются. Местные чекисты называют их инициалами Р.Б. и Р.У. Известно лишь, что они 1990 и 1992 года рождения соответственно, что прибыли из сирийско-иракской зоны вооруженного конфликта, на территории Баткенского района. При личном досмотре у них были обнаружены боеприпасы.

По словам сотрудников госбезопасности, оба в свое время были переправлены вербовщиками ИГИЛа на территорию Сирии, прошли специальную подготовку в террористических лагерях, принимали участие в боевых действиях. И чего от них ждать теперь на родине?

Чуть позже киргизскими спецслужбами на территории республики был задержан еще один «возвращенец». Он также прошел диверсионно-террористическую подготовку в сирийско-иракской зоне вооруженного конфликта, сюда же прибыл по поддельным документам с задачей: осесть, легализоваться и ждать дальнейших указаний от главарей террористических организаций. И вряд ли, ожидаемые указания носили бы мирный характер.

… Тем не менее, во всех этих республиках, воевавших в Сирии боевиков предпочитают все-таки называть «бывшими», и, искренне надеясь на их раскаяние, протягивают им руку помощи. Остается надеяться, что эта рука не повиснет в воздухе.

Владимир Попов


Возврат к списку